Яна Ермалюк

С детства люблю вызов. Подруга уговорила пойти в школу break dance, и, как это обычно бывает, она сказала «всего вам доброго», а я всерьез увлеклась нижним брейком.

Занимаясь водным поло, стремилась к олимпийским вершинам. Это было и по две тренировки в день, и сидение за специальной литературой. Мне было 18 лет, и я настолько была увлечена спортом, что ни о какой личной жизни речи быть не могло.

Командные виды спорта — это хорошая школа жизни, в одиночных ее не пройдешь.

Если я чувствую, что у меня что-то получается, это захватывает еще больше.

Когда долгое время бьешься над делом, которое никак у тебя не получается просто потому, что у тебя нет к этому таланта, - в этом есть некая форма мазохизма.

Русские всегда идут своим путем. Долго запрягают, но быстро едут. Мы долго раскачиваемся, отстаем от всех лет на двадцать, а потом делаем резкий скачок и очень-очень быстро вырастаем до мирового уровня, правда, всегда со своим видением, со своими нюансами.

Белый человек никогда не будет двигаться так, как это делает черный. Это физиологические особенности строения тела, анатомия. Хотя, есть, конечно, и среди черных людей индивидуумы, которые отличаются повышенной бревенчатостью (смеется).

У меня были огромные перспективы во Франции: престижная должность в «Рено», командировки и знакомые. Но для меня там все чужие — они думают и делают все по-другому, поэтому я вернулась.

Был за мной такой косяк: я всегда была «немного мальчиком». Не хватало женской мудрости. Ключевое слово — «была».

Я умею ВСЁ! То, чего не умею, тому я научусь!

Хотела проверить себя«на слабо» и попробовать съесть личинку. Слава Богу, не удалось найти эту мерзость в Москве.

Конечно же, очень люблю свою маму, но именно она всегда звонит в самые неподходящие моменты. Приходится делать глубокий вдох и ангельским голоском заверять ее в том, что все хорошо. Но, если мама долго не звонит, начинаешь переживать, и день идет наперекосяк.