Ольга Малышева

Работа-хобби — это высшая степень нахождения баланса между личной жизнью и доходами. К этой формуле могут приблизиться только люди чуткие, умные, нетривиальные.

Я не называю свою работу работой. Для меня это деятельность.

Мода мне нравилась всегда, но однажды я решила перевести свой интерес из расходной части в доходную. Так появился мой шоу-рум.

За сильным творческим началом всегда должен быть человек с сильным бизнес-началом. Бизнес-успех — это высшая точка развития творчества. Тираж — это всегда постфактум выстрела творческой идеи.

Мужчины более склонны к компромиссам, чем женщины. И, мне кажется, они видят дальше развитие ситуации.

Карьерные стремления (а точнее желание деятельности) важны. Вообще я считаю, что нужно что-то делать, нельзя полностью реализоваться в домохозяйстве. Деятельность развивает женщину, она делает ее интересной для окружающих.

Я старомодна в некоторых вопросах. По-прежнему считаю, что понятия «нежность», «верность», «преданность» — это некое дао женщины, ее стержень.

Женщина не должна быть доступной, потому что по отношению к доступному никто не испытывает пиетета.

Есть такой тип мужчин, которые очень авторитетны в мужской среде, но немного теряются в женской… Такие мне нравятся (улыбается). Я ценю классические мужские устои, альфа-качества.

Для меня не существует некрасивых людей.

Не люблю людей нечистоплотных, в плане — подлых. Моральное бл..во меня раздражает.

Далеко не все владеют языком ругательств. Владеешь — ругайся, но матерный язык нужно чувствовать. Если его употребляют умные, интеллигентные люди, это добавляет их речи некую пикантность.

Люблю подгрузить мозг сложными книгами.

Сегодня, к сожалению, сложно воссоздать атмосферу костра в пионерском лагере.

Я могу быть легкой на подъем по отношению к некоторым видам звонящих абонентов (смеется). Например, старые друзья. Иногда могу сорваться с места, сделав тройное сальто.

Во мне с детства воспитывали страх быть навязчивой. Поэтому я довольно закрыта и сдержанна, это, конечно, иногда очень мешает в жизни. Пытаюсь, как могу, справляться с этим.

Если человек внутри целостная личность, ему не нужно думать, кем бы «забить эфир» в случае одиночества. Он сам найдет, чем заняться, ему будет интересно с самим собой. Интересные, «твои» люди сами появятся в жизни.

Мне кажется, очень важно быть чутким, неравнодушным человеком, не идти по жизни «на автомате».

Я подозреваю, что я очень ленива и инертна. Я очень люблю, например, играть в теннис, но для меня всегда проблема добраться до теннисного корта. Если со мной будет рядом бассейн, я с удовольствием буду нырять с тумбочки… Проблема в одном — оказаться рядом. Когда изобретут телепорт, я буду только активна!

Люблю ходить. В моем случае словам: «Это недалеко» — не нужно верить, потому что для меня все недалеко.

Я не привязываюсь к вещам, но привязываюсь к тому, что я сама создала. Например, какие-то идеи, атмосфера. Сейчас так получается, что у меня много одежды, и я очень люблю ее дарить подругам или племянницам. Увидеть их радость часто приятнее, чем самой что-то надеть.

Я мыслю и запоминаю на уровне ощущений, каких-то оттенков чувств, слов, взглядов. Иногда меня мучает какой-то ностальгический мазохизм.

Мороженное и новые кроссовки — это надежные и проверенные способы поправить мое настроение, когда грустно или что-то не ладится.

Я не могу назвать себя несчастным человеком, но счастье — это такой неконстантный, временный момент, который можно сравнить с солнечным зайчиком. Ты поймал его и наслаждаешься. В этом случае я способна быть счастливой.

Мы можем быть счастливы тем, чем мы были счастливы в детстве: ничем не обусловленной любовью, например. Именно поэтому деньги в чистом виде не дают счастья, потому что в детстве они нам были не нужны.