Михаил Черский

Шоу-бизнес — это слишком по попсовому, это, скорее, к Матвиенко — вот там шоу-бизнес. А у нас - ну какой это бизнес? Да и шоу подчас страдает.

В нашей клубной индустрии есть большая проблема c танцами. Не умеют наши GO-GO танцевать! У нас чем меньше костюмы на девушках, тем лучше. Чем дальше оттопырены у них мизинцы при движениях около груди, тем сексуальней. А куда делись фантастические перформансы? Куда делись сценические постановки? Одни киски на сцене!

Хорошая фраза, сказанная Борей Спайдером: «Если человек сидит, это не значит, что он не танцует!»

Есть вещи, о которых я жалею. Жалею, но недолго. (Смеется.)

Деньги — это настолько мелочная тема, что даже говорить об этом не хочется. Конечно, они играют роль в моей жизни, но я хотел бы, чтобы она была наименьшая.

В музыке не обязательно понимать слова. Например, «Мумий Тролль». О чем он поет? Непонятно! Но ведь люди слушают и даже подпевают. Музыка — универсальный язык, который понимают все.

Я ужасно ленивый человек. Настолько, что мне даже лень бороться с собственной ленью. (Смеется.)

Как только ты начинаешь делать что-то правильное и хорошее, вокруг тоже становится все правильно и хорошо. Закон притяжения, наверное, действует.

Если бы я хотел денег, то занимался бы деланием денег. А мне нравится музыка, поэтому я занимаюсь ею — деньги здесь ни при чем!

Ни за что не продал бы душу дьяволу, хотя все зависит от того, как он выглядел бы. (Смеется.)

Если я знаю, что это хорошая вечеринка... Если я знаю, что у людей нет денег, но при этом они делают хорошие тусовки, я с удовольствием приеду и отыграю даже бесплатно только ради эмоций. Эти эмоции кормят меня как творческую личность. Если я перестану получать эти эмоциональные вливания, то начну умирать как диджей.

Расхожее мнение: если у тебя есть три пластинки, ты попробовал их свести, и у тебя, возможно, даже что-то получилось, всё — ты диджей (смеется). И уверенно можешь называть себя диджеем, как это делают сотни тысяч человек по всей России. Особенно вызывают восторг девочки-диджеи, которые играют топлесс и пытаются сиськой скреч на сидюках исполнить — верх цинизма. Как сказал Аррам Мантана: «Мы потратили 15 лет своей жизни, чтобы сделать эту профессию уважаемой, а клоуны из нее делают посмешище».

В таких крупных мегаполисах, как Москва, ты не замечаешь того, что живешь гораздо быстрее положенного. По моим подсчетам я прожил уже около 45 лет, а за городом у меня было бы по-прежнему 30. Очень быстро!

Даже если вас застали в момент измены, лучший способ оправдаться - говорить, что ты любишь, и делать это уверенно. Как у Эдди Мерфи: «Да, еб..л! Но с тобой я занимаюсь любовью! И если ты простой *бле позволишь разрушить нашу любовь, то это будет уж совсем странно и неправильно, детка».

Я терпеливый, очень сдержанный, очень выдержанный, но если меня разорвет - берегись!

У меня не получается пользоваться ни людьми, ни положением, ни моментом. Как-то не выходит…

Как таковой правды не существует. Вернее, она есть, но представь себе сферу: какой стороной ты ее повернешь, так она тебе и будет видна. Любое событие очень многогранно. Для одного человека оно может казаться белым, для другого — черным. При этом и тот, и другой будет прав.

Восхищаюсь оптимистами, теми, кто даже по отношению к говну могут сказать: «Зато посмотри, какое это говно!» (Смеется.)