Арам Шеманский

Если в человеке уже заложено что-то красивое от родителей, или от художественной литературы, которую он читал, или еще от каких-то действующих на него из вне источников, то моральным уродом ему стать уже проблематично.

Я всегда ценю в человеке его личность и уважаю ее. Мне не безразличны окружающие меня люди. Такое отношение мне привила моя бабушка, и я думаю, что это одно из моих главных достоинств.

Гопники — это такая прослойка населения, без которой нам было бы сложно понимать, что мы не гопники. Этих людей жалко, им не свойственна тяга к прекрасному. Для них главное — попить пивка возле метро и семки пощелкать, вот и вся радость.

Я всегда стараюсь быть обходительным со всеми, просто с некоторыми людьми жизнь и так сыграла злую шутку, чтобы еще к ним и другие относились, как к дерьму.

Если брать в расчет все запреты, которые были во времена СССР, то хорошо, что наш шоу-бизнес получился хотя бы таким, каким мы видим его сейчас. В какой-нибудь Северной Корее с этим вообще туго, что же теперь, издеваться и над ними? (Смеется.)

Я хотел бы стать пионером или комсомольцем. Озорники ведь среди них тоже были, и веселиться они умели не хуже, чем современные детки.

Ремень с бляхой «D&G» — это веяние уходящего времени, которое, не имея никакой культурной ценности, смысловой нагрузки и т.д., прошло так же скоротечно, как и остальные явления, про которые уже никто никогда не вспомнит. Поэтому эпоха «кричащих брендов» прошла.

Американцы не так обременены морально, чтобы при виде богатого, доброго, сердобольного человека упустить шанс срубить с него денег. В Америке высосать проблему из пальца намного проще, чем в других странах.

Мой любимый герой — Штирлиц. Я знаю, что такие люди существовали на самом деле, и неизвестно, победили бы мы фашизм без их помощи. Хорошо, что в нашем разлагающемся обществе еще смотрят такие фильмы.

Очень хотел бы познакомиться с 20-летней Памелой Андерсон и ненароком пойти с ней попить кофе. После этого, как показывает практика, у Томми Ли уже не было бы шансов.

Меня прельщает образ Путина, потому что я восхищаюсь тем, как он по крупицам за всю свою жизнь собрал то, что сейчас имеет. Для этого нужна очень большая сила воли.

Животным манипулировать сложнее, чем человеком, потому что у нас нет влияния на его волю. Животное можно ограничить только физически.

Мое первое воспоминание — это как мой папа кусает меня за пятку. Было очень больно. Я отца и так недолюбливаю, а с пяткой он вообще прогадал (смеется).

Фрик — это тот единственный человек, который заметен в толпе. Он просто не такой, как тысяча человек, идущих рядом с ним.

Новый вид топлива может кардинально изменить нашу планету, да и всю систему человеческих отношений.

Я никогда не стеснялся того, что могу пойти и снять себе проститутку. Тут я хотя бы знаю, за что плачу, и я получаю это. Таким образом, я ограничиваю себя в общении с теми проститутками, что прячутся среди нас под видом милых и скромных поначалу девушек. Их единственное отличие в том, что им деньги ты даешь не напрямую, и от этого они начинают много о себе думать.

Во время игры на фортепьяно я чувствую полную гармонию и свободу.

Если я продамся, то уж точно не в чем-то глобальном, зависящем только от меня, что важно для моей страны или для дорогих мне людей.

Лень — это зло, которое двигает прогресс. Очень многие вещи были созданы, потому что человеку было лень что-то делать. Например, пульт от телевизора.