Ион Дьяур

За много-много лет борьбы с самим собой и окружающим миром внутри меня сложился такой закон, что я не могу делать то, с чем я не согласен. Если мне не нравится классический рисунок, я никогда в жизни его не нарисую, даже если буду уметь это делать. Так же и со стрижкой: если ко мне приходит клиентка и просит сделать ей какой-нибудь каскад, а при этом у нее этот каскад просто не из чего делать, я лучше просто от нее откажусь.

Комплексы рождаются от неопределенности. Когда ты знаешь, кто ты, что ты и что ты собой представляешь, у тебя не может быть вопросов насчет того, есть ли у тебя задница, мышцы или сиськи. Это все отходит на второй план.

Многие люди не понимают, что зарабатывание денег — это не самое главное в жизни. Это так же вторично, как покакать после еды. Без этого нельзя, но прежде чем поесть, ты не думаешь о том, что ты потом пойдешь в туалет. Вот и к деньгам, на мой взгляд, нужно относиться точно так же.

Люди для меня делятся на группы в соответствии с тем, насколько тесно я с ними общаюсь. Те, кто находится ближе всего ко мне, вообще не поддаются с моей стороны никакому анализу или критике. Они есть как факт, мне комфортно с ними и всё — мне дальше не нужно разбирать в деталях, как я к этим людям отношусь.

Я, конечно, люблю людей, без них было бы скучно. Но 90% современного общества — это просто стадо.

Многие наши дизайнеры занимаются своим делом не потому, что им это нравится, и не потому, что это их призвание, а потому что быть дизайнером — это круто. «Ты кто?» — «М-м-м, я дизайнер. Я там делаю вещи…» Хотя, бл..дь, это не то что носить, на это смотреть даже нельзя!

Личная жизнь — это вообще отдельная тема для разговора. Тут уж как карты лягут. Попадется или не попадется. И зацикливаться на этом тоже нельзя, потому что это будет только отвлекать тебя от остальной жизни.

В жизни я хочу добиться простой вещи: чтобы эта самая жизнь не была мне в тягость. Но для того, чтобы она не была мне в тягость, мне нужно зарабатывать очень много денег! (Смеется.) Но к этому надо стремиться.

Идеальный отдых — это сесть на свой собственный самолет, улететь к морю, позагорать там, искупаться и прилететь обратно. Я вот лично не хочу неделю лежать на пляже. Меня почему-то такая перспектива совсем не радует.

Если бы была возможность, я бы уехал в Тибет, либо еще куда-нибудь, где тишина. Пусть это даже будет палатка в дремучем лесу. Хочется в тишину, подальше от людей, подальше от шума, от телефонных звонков, от имейлов — от всего. Хочется услышать самого себя, потому что, даже ложась спать и стараясь сосредоточиться на своих мыслях, сделать этого не удается, ибо вокруг тикают часы, гудит холодильник, за окном лают собаки и так далее. В нашей жизни вообще нельзя прислушаться и услышать стук своего сердца! А иногда очень хочется…

Японцы и все эти люди с «закрытыми» глазами — это люди с другой планеты. У них другой рост, другое строение черепа. У них даже мозги работают по-другому! У них, наверное, до сих пор открыт третий глаз, и они знают на два шага вперед, что будет в будущем.

В Японию надо ехать за технологиями. Лень — двигатель прогресса, и японцы — яркий тому пример. И это хорошо, ведь когда ты не обременен бытовыми задачами типа мытья посуды, у тебя остается больше времени на творчество и саморазвитие.

Нет, это ненормально думать, что мы одни во Вселенной. Это равносильно предположению о том, что, когда кипит вода в чайнике, образуется не много маленьких пузырьков, а один большой пузырь. Бах, и вся воды выкипела!

Мои фетиши — это минимализм и технологии. Люблю все, что движется, само по себе функционирует и совершенно не зависит от человека. Поэтому я хочу, чтобы меня погрузили в криосон, а разбудили лет через 300, когда это все уже будет (смеется). Мне нужны не трансформеры всякие, а чтобы моя микроволновка сама знала, как готовить еду. Скажем, я в нее засунул еду, она посмотрела и говорит: «Ах-ха, курятина…» Или когда твоя стиральная машинка говорит: «Не-е, это я стирать не буду!» (Смеется.)

Для меня очень большая проблема выбрать себе одежду, даже те же джинсы. Пусть в магазине, куда я приду, их будет миллион, я не найду себе подходящую пару. У меня есть определенное видение того, как они должны на мне сидеть, и… и вот нет таких джинсов! Все равно, покупая их, приходится потом перешивать.

После смерти от человека остаются знания. Я готов плевать в лицо тем людям, которые говорят, что человек просто умирает и всё. Какой тогда во всем этом смысл? Да, конечно, многие будут утверждать, что мы, люди, постоянно зачем-то ищем во всем смысл. Ну а как без смысла? Значит, что все, что мы делаем, и это интервью в том числе, делается зря! Нет, после смерти человека его знания упаковываются в zip-архив и отсылаются по мейлу Господу Богу (смеется). Есть там где-то большой сервер, где все это хранится.