Ирина Шконда

Я очень ценю мужчин и далеко не феминистка. Но верю, что когда дело касается любви, и речи быть не может о запретах. Любовь стоит рассматривать отдельно от пола. И вообще, я бы многое отдала за то, чтобы кто-то придумал замену слову «любовь». Его так затаскали, что оно стало абсолютно не романтичным и не искренним.

Единственное, в чем я суеверна, — в «волосяной» примете. Я стригусь исключительно по лунному календарю.

Сейчас я в относительной гармонии с окружающим миром, но не в гармонии с собой. У меня такое ощущение, что та я, которой я хочу быть, то есть «я идеальная» (в психоанализе Суперэго), летает где-то рядом со мной, ее надо только поймать, чтобы поместить внутри себя. Но пока это не получается. А может, оно и к лучшему?! Нет предела совершенству.

Старости, в отличие от многих женщин, я абсолютно не боюсь. Мне кажется, это время, когда женщина достигает определенной мудрости. Мне всегда нравились живенькие, сухонькие старушки, вечно бегающие, что-то делающие. Зато, несмотря на то, что я безумно люблю кошек, сидящей в кресле с пледом и кошкой на коленях, я себя не представляю .

Не представляю свою жизнь без искусства... современного. Я убеждена, что искусство не должно изображать только прекрасное и пренебрегать неказистым, ведь мир разнообразен, и о нем нельзя судить прямолинейно. Искусство всего лишь характеризует эпоху, в которую оно создавалось, и нет ничего удивительного в том, что современное искусство кажется абсурдом — такова наша сегодняшняя реальность. И ценность произведений современного искусства в том, что каждый может интерпретировать их по-своему, может увидеть в них то, чего, возможно, не увидел сам автор.

Не очень понимаю людей, которые начинают путешествовать в старости. В старости нужно заниматься чем-то более полезным для последующих поколений, больше отдавать. Я бы занялась благотворительностью или педагогикой... или искусством.

Меня очень забавляет, что в теплое время года ко мне часто подходят люди на улице и спрашивают о татуировке. Первые года полтора я не говорила, что она означает, затем все же начала отвечать на этот вопрос. Сейчас действую по наитию: кто-то удостаивается этого знания, а кто-то нет (смеется). Зато могу заявить, что делать тату не больно! Да, вначале чуть-чуть неприятно, а потом даже кайф испытываешь. Думаете, почему люди, раз сделавшие тату, подсаживаются на них?

Я очень легкий на подъем человек. Не раз в течение пары минут принимала решение о дальних спонтанных поездках; часто меняю место жительства (даже сама себя бомжом прозвала). Для меня главное в жизни - движение! "Питайте к неподвижности презренье..."

Очень люблю Скандинавию. Я абсолютно не солнечно-пляжный человек. Мне, наоборот, нравится там, где прохладно. Обожаю осень — время легкой меланхолии и ярких красок!

Боюсь стать толстой, даже несмотря на то, что у меня нет предрасположенности к этому. Мне так жалко людей с избыточным весом. Мне кажется, что когда человек легок физически, у него и мысли легкие. Например, стоит мне немного поправиться, у меня появляется ощущение, будто и мысли мои становятся ленивыми… Мне кажется, крупным людям очень сложно думать.

Очень не люблю, когда люди не держат слова.