Дмитрий Розанов

По образованию я строитель автомобильных дорог и аэродромов. Правда, я быстро понял, что ездить высверливать пробы на МКАД — это не мое. Кстати, дырочки на полотне МКАД — это не инопланетяне, это как раз вырубки, которые делают сумасшедшие студенты из МАДИ.

По статистике, маркетинговые сотрудники — самые большие матерщинники среди офисных работников. Англоязычные боссы не матерятся так открыто, поэтому слово «fuck» в их исполнении звучит даже как-то мило.

Американская система работы мне нравится, потому что по сравнению с российскими компаниями тут все четко структурировано, и ты всегда знаешь, чего ждать завтра. Ты не живешь на вулкане, что дает ощущение стабильности. В других компаниях можно зарабатывать безумные деньги, но в один момент остаться без всего.

DJ Rose — Во имя цветов!

Диджей — это моя вторая сторона, которая помогает преуспевать основному занятию: я знаю инсайд всей этой клубной жизни, тусовки. Поэтому, когда агентство пытается впарить какие-то сверхидеи, я всегда могу «челенджить» их, потому что прекрасно понимаю, как это происходит на самом деле. Сорри за сленг.

Офис меня организует, а диджеинг расслабляет.

Стать диджеем сейчас легко. Если у человека есть слух и чувство ритма, за пару месяцев он с нуля может научиться нормально сводить музыку. Диджеи (коммерческие) выезжают не за счет, музыки, какую они играют, а за счет раскрученного имени. В Москве сейчас предложение превышает спрос, поэтому стать резидентом нормального заведения практически нереально, даже если ты очень хороший диджей.

Для диджея главное не пугать людей музыкой, а ориентироваться на присутствующую публику. Не нужно играть тяжеляк, если на танцполе «35+ с пузиками и под алкоголем», им подойдет «Льдинка» Долиной в ремиксе DJ Fisuna — будьте ближе к своему клиенту.

Я не курю. Я достаточно долго курил, потом были периоды, когда я совершенно спокойно отказывался. Курение для меня никогда не являлось такой большой проблемой, весь вопрос в том, чего ты хочешь? Если ты действительно захочешь бросить курить или научиться играть на фортепьяно, например, ты всего добьешься, нужно только по-настоящему захотеть.

В детстве я был фанатом Depeche Mode, ходил с «платформой» на голове, тогда мне было 14 лет. Это было время ДК МАИ — единственный клуб в Москве, куда приезжали все и отовсюду, популярное место, вместимостью 1000–1200 человек. Помню, в зале люди делились по рядам, кто откуда приехал: у сцены стояли те, кто жил рядом с «Соколом», «Войковской», дальше стояло «Строгино»... Забавно было.

В институте очень увлекался автомобилями. Малярил и перебирал 41-е «Москвичи». В 1997 году стал обладателем на тот момент отличного, престижного авто Audi 80 (бочка).

Проходил кастинг в группу к Богдану Титомиру, и меня взяли. Но были какие- то проблемы в школе, и родители сказали категорическое «нет!». Никаких танцев — учись (походу, правильно сказали).

Считаю зависимость слабостью, мешающей жить.

Мой пунктик — не пью кофе, сваренный в автомате, только в турке. Причем он должен быть немного водянистым, не очень мелкого помола. Может, это извращение, но мне нравится.

Море и горные лыжи. Как правило, отдыхать езжу с девушкой. Не сторонник больших компаний на отдыхе, я просто знаю, к чему это все приводит: постоянное пьянство. Получается, не отдыхаешь, а просто продолжаешь делать все то, что и так делаешь в Москве.

Традиция. Раз в год я обязательно езжу на рыбалку. В августе на две недели стабильно уезжаем мужской компанией рыбачить. Живем в палатках на берегу озера, где мобильная связь есть только в одном месте, куда надо дойти, поднять телефон, полчаса подождать… Тогда удается отправить SMS. В этом и кайф полного отрешения от реального мира. Ты находишься в полном единении с природой, никакой цивилизации, только моя машина с офигенным сабвуфером.

В женщинах ценю такие несовместимые вещи, как ум, красота и понимание. То, что помогает оставаться с человеком как можно дольше. Ценю, когда женщина может подойти философски к некоторым тонким моментам.

В свое время Микки Рурк был для меня кумиром, пока он сильно не изменился. Мне очень импонировала его харизма в фильмах, немного небрежное отношение к женщинам.

Я не стремлюсь к очень важным позициям в компании, это приводит к полной потери личного времени. Может, приду к этому, когда стану постарше. Мне еще 25. Ну ладно, ладно — 33.

У многих мужчин, наверное, бывает такая вещь, которую для кого-то он сделал первым. Я имею в виду тот самый «первый раз» (улыбается).